Трудно вывезти и сложно проконтролировать: в Коми решали, что делать с поднятым со дна реки грунтом

Трудно вывезти и сложно проконтролировать: в Коми решали, что делать с поднятым со дна реки грунтом

По действующему законодательству, донный грунт можно использовать для благоустройства, строительства дорог, создания мест массового отдыха людей. Вот только до сих пор непонятно, как будет реализован весь процесс — нет понимания ни у тех, кто углубляет реки, ни у тех, кто контролирует работу, ни у тех, кто хочет подешевле получить песок для собственных нужд.

В Государственном совете Коми 22 апреля состоялся круглый стол, посвященный дноуглубительным работам и использованию донного грунта. Председатель комитета Госсовета по природным ресурсам, природопользованию и экологии Александр Попов напомнил, что в июне прошлого года вступили в силу изменения в нормативные акты, которые регулируют эти работы. Прядок использовании донного грунта описан в приказе Минрироды и в постановлении правительства России. Указано, что добываемый грунт можно использовать для благоустройства территорий, дорожной деятельности, для создания условий для отдыха людей, для обустройства мест массового отдыха, для создание искусственных земельных участков.

Министр природных ресурсов и охраны окружающей среды Коми Алексей Кузнецов добавил, что извлеченный при проведении дноуглубительных работ грунт «может быть использован для обеспечения муниципальных нужд или в интересах физических или юридических лиц», но при условии, что в нет полезных ископаемых. Решение об использовании принимают органы местного самоуправления. Стоимость донного грунта учитывает расходы, понесенные на его извлечение, и определяется в размере, равном стоимости разработки и подъема грунта.

По словам заместителя руководителя Двинско-Печорского бассейнового водного управления — начальника отдела водных ресурсов по Коми Галины Кукса, есть множество проблем, так как нет единого понимания, как реализовывать эту работу.

По ее словам, в отдел «приходит много заявителей, желающих получить право на дноуглубительные работы, которые не хотят обременять себя получением лицензии на разработку месторождений».

Трудно вывезти и сложно проконтролировать: в Коми решали, что делать с поднятым со дна реки грунтом

— Непонятно, как должны быть обоснованы муниципальные нужды или интересы физических и юридических лиц. Что это должен быть за документ? Перспективный план развития муниципалитета и частного предприятия? И как в долгосрочной перспективе — а право пользования выдается на 25 лет — рассчитать потребность в извлекаемых объемах? Что, мы будем копать в одном и том же месте 20 лет? Кто и как будет определять место проведения дноуглубительных работ? Что должен содержать проект производства работ? — перечислила она вопросы.

Она добавила, что сложности возникнут у предприятия при оформлении документации, так как надо будет подтвердить и обосновать цель водопользования на углубление. Приказ предполагает именно проведение дноуглубительных работы, а не добычу песка. При этом в Коми нет единого документа или карты, где были бы указаны места водных объектов, где необходимо проведение дноуглубительных работ.

— Приказ не дает определения и понимания «использование в интересах физического и юридического лица». Может ли одна из сторон торговать понятым грунтом? Полагаю, что желающие добыть грунт, читай песок, для собственных нужд столкнуться со следующими проблемами: как обосновать необходимость работ в желаемом месте, как разработать проектную документацию, как организовать складирование, как будет организован подъезд к этой площадке и кто это будет делать, кто возьмет на себя согласование этих работ, кто будет следить за объемами поднятого грунта, какова отчетность и перед кем отчетность, как будет происходить разделение грунта между заинтересованными сторонами, как и чем будет организовано поднятие грунта? — сообщила Галина Кукса.

По ее мнению, надо разработать единую программу по Коми или в границах бассейнов. И правильнее было бы, если бы определением мест для дноуглубительных работ выступали не недропользователи, однодневные предприятия, а муниципалитеты и профильные министерства.

Трудно вывезти и сложно проконтролировать: в Коми решали, что делать с поднятым со дна реки грунтом

По госзаданию содержанием водных путей в Печорском бассейне занимается ФБУ «Администрация «Печораводпуть».

— Стало притчей во языцех проведение дноуглубительных работ в любом муниципалитете. Но проблемы в муниципальных образованиях стоят не на судоходных участках. Исключением был 2020 год — один из самых маловодных, там были трудности. А в основном проблемы на подходах к паромным переправам или за пределами судоходных путей. Эти вопросы администрация [муниципалитета] должна решать, обсуждать, заказывать производство работ. Не всегда рационально проводить эти работы, потому что придется проводить их до 10 раз за навигацию, а это расходы, — сообщила руководитель учреждения Татьяна Кончина.

За прошлый год было извлечено 1,08 млн кубометров грунта, план на 2021-й — 1,25 млн кубометров. По ее словам, как правило, извлеченный грунт используется для формирования руслового процесса: укладываются отвалы для стеснения потока, им пересыпаются дополнительные потоки, которые отвлекают расход воды.

— За редким исключением грунт не играет полезную роль. Но есть участки, где извлеченный грунт мешает, его некуда девать. Существует и другая проблема — как и кому загрузить этот грунт. Это взвесь воды и песка, ее смоет с любой баржи. Никаких судов конкретных нет, чтобы загрузить кому-то. Да, есть отвал грунта, который сделан в подготовительный период, его можно потом загрузить краном, если он не участвует в русловом процессе, — объяснила она. — Есть два объекта, это заход в затон Печора, где базируется флот, и подход к Озерному. Там грунт некуда девать, он мешает. Там очень удобно рядом с городом производить отгрузку грунта.

При этом механизм не отработан. Учреждение подготовило необходимые документы, получило документ, что в грунте нет полезных ископаемых, вывесило на сайт информацию об объемах. Но как действовать дальше — непонятно.

— Грунт в данной ситуации не является товаром. Мы не продаем грунт. Мы предполагаем по гражданско-правовому договору брать за свою работу деньги. Это значительно дешевле для потребителей, чем добывать грунт в карьере. Но как потребители будут его брать? Автотранспортом нельзя. Есть такая ситуация: мы в прошлом году огромный объем уложили в террикон на остров. Зимой там зимник, в принципе брать удобно, но никаких разрешительных… не отработана ситуация. Все надо пробовать и согласовывать наши совместные действия, — рассказала Татьяна Кончина.

Еще одна проблема — нехватка специалистов-дноуглубителей. Например, чтобы стать командиром земснаряда, нужно лет 15 отработать в помощниках. Работники уже возрастные, а замены им практически нет.

— Раз грунт должны возить, возникнет вопрос с судоводителями командного состава. Старшее поколение закончило трудовую деятельность, подрастающего поколения нет, — сказала она, добавив, что печорское речное училище с прошлого года прекратило подготовку по специальности «Судовождение».

Кирилл Наумов

Источник

Следующая новость
Предыдущая новость

В Калининградской области выявили 174 случая коронавируса Янтарный комбинат показал размер финансовой зависимости от китайского контракта «#Я Элина Сушкевич»: медики встали на защиту задержанного СК врача-неонатолога По итогам 2020 года калининградский общепит потерял почти четверть оборота В Госдуму внесен законопроект о защите генетических данных россиян

Лента публикаций