«Стать нарушителем несложно»: почему в Калининграде заключенные объявляли голодовку

27.09.2021 10:09 1

В калининградской исправительной колонии двое заключенных объявили голодовку, требуя обеспечить их необходимой медпомощью. После официального запроса «Нового Калининграда» осужденных перевели в стационар и накормили ужином. Однако заключенные опасаются, что это «разовая акция» и ситуация с игнорированием их жалоб на здоровье в корне не изменится. УФСИН и правозащитники полагают, что с медициной в местных колониях все не так уж и плохо, а заключенные просто пытаются манипулировать администрацией пенитенциарного учреждения.

35-летний Владислав Хлебов (фамилия изменена — прим. «Нового Калининграда»), осужденный за кражу, и 42-летний Дмитрий Покровский (фамилия изменена — прим. «Нового Калининграда»), осужденный за хранение наркотиков, отбывают наказание в исправительной колонии строгого режима № 9 (ИК-9), расположенной в Калининграде на Советском проспекте. На плохие условия и отсутствие медпомощи в этом учреждении многие заключенные неоднократно жаловались в различные инстанции, а некоторые даже отсуживали у УФСИН компенсации («Радио Свобода» внесено Минюстом РФ в реестр СМИ, выполняющих функции иностранного агента). В 2018 году прокуратура через суд обязала руководство ИК-9 «устранить аварийное состояние помещений». Спустя год экс-сотрудник этой же колонии был осужден за избиение заключенного за отказ от уборки.

В сентябре 2021 года Хлебов и Покровский, по словам их доверенных лиц, объявили голодовку в знак протеста против действий администрации колонии — заключенные уверяют, что им не оказывается положенная медицинская помощь. Оба мужчины перед этим за неоднократное нарушение распорядка были отправлены в ПКТ (помещение камерного типа с более строгим режимом), которые в ИК-9 расположены в подвале. О том, что Хлебов голодает, его невеста Диана узнала, когда пришла к нему на свидание — жених сообщил ей, что он и еще один заключенный уже больше десяти дней не принимают пищу, но пьют воду и чай.

По словам девушки, у Хлебова целый ворох хронических и острых заболеваний. Но больше всего заключенного беспокоят резко скачущее вверх давление — вплоть до обмороков, — а также больной коленный сустав. «В суставе у него скапливается жидкость — он ходит с тростью. Когда он был на обследовании в больнице, ему было рекомендовано, чтобы он раз в год проходил обследование у всей группы врачей, включая кардиолога. На это лето было запланировано обследование. Но время прошло, а его туда так и не отвезли — говорит Диана. — Он хочет, чтобы его обследовали специалисты и чтобы обеспечили полностью всеми лекарствами, которые назначат медики. Ему из уже назначенного дают не все и даже давление не всегда меряют, когда он просит».

Девушка утверждает, что любую медпомощь — будь то прописанные врачом лекарства или госпитализация в медсанчасть во время обострений — Хлебову обеспечивают только после ее многочисленных жалоб начальнику колонии, руководству УФСИН, прокурору, в Росздравнадзор и даже в Администрацию президента РФ. Где-то отвечали, что нарушений нет, где-то обещали проверку, где-то спускали ее обращение в нижестоящее ведомство.

Не скрывает девушка, что иногда для привлечения к себе внимания администрации колонии заключенный действительно может нарушить установленный порядок. Так, Хлебов однажды «разбил в камере туалет», чтобы его поместили в стационар, где есть унитазы — тогда у мужчины обострились проблемы с коленом и он физически не мог низко садиться для справления нужды.

«Когда мы в последний раз виделись, плохо он себя чувствовал. Ребра торчат, глаза впали, голова в разные стороны болтается — кружится, говорит. Губы все время облизывал. Говорил, что 15 дней точно продержится. А потом, говорит, „буду падать, но пищу не возьму, пока они ничего не сделают“», — вспоминает Диана.

В течение двух недель к Хлебову, по словам девушки, якобы дважды подходили сотрудники УФСИН и просили подписать документы о том, что он отказывается от жалоб на медпомощь. «Во второй раз они пришли к нему с теми же уже требованиями и с намеком на то, что может что-то случиться и нормально он свой срок не досидит», — говорит Диана. Она на правах официального доверенного лица даже написала от имени Хлебова и с его слов «на всякий случай» предсмертную записку: «В случае получения инвалидности, ухудшения состояния до критического либо смерти из-за неоказания медицинской помощи прошу винить сотрудников МСЧ при УФСИН по Калининградской области (Медико-санитарная часть № 39 ФСИН — прим. „Нового Калининграда“) и сотрудников колонии № 9». Сам заключенный, по словам девушки, лично этого сделать не может, потому что «не вся почта, которую он отправляет, уходит за стены учреждения».

По словам юриста Анастасии, которая представляет интересы Покровского, тот болеет с 2020 года — у мужчины подозревают онкологию. «Летом его возили в больницу, и врач-гематолог написала ему рекомендации для прохождения определенных диагностических процедур, включая биопсию, для того, чтобы уточнить диагноз и назначить лечение. На этом все закончилось — его больше никуда не возили на обследование. То есть у человека прогрессирует заболевание, а он никакой медицинской помощи не получает», — рассказала «Новому Калининграду» Анастасия.

Сейчас Покровскому, как «злостному нарушителю», имеющему на своем счету множество взысканий, хотят поменять режим со «строго» на «тюремный», а это значит, что его должны будут перевести в другой регион, так как в Калининградской области нет подходящих исправительных учреждений. Сделать это можно через суд, куда и обратились представители УФСИН. Однако болеющего раком заключенного нельзя этапировать в колонию с более строгим режимом, настаивает Анастасия, поэтому до установления точного диагноза Петровскому суд не может ужесточить ему режим.

Во время очередного слушания в суде ходатайства ИК-9 об изменении режима для Покровского тот сообщил, что объявил голодовку. «Судья на это внимание не обратила, заявив, что сейчас не состояние здоровья его разбирают, а другой вопрос», — отметила юрист Анастасия. Она добавила, что понимает, почему Покровский решился на такой шаг — по его просьбе она не раз писала обращения в различные инстанции. В ответе Росздравнадзора (копия имеется в распоряжении «Нового Калининграда») говорится: в ходе проверки выявлено, что Покровскому помощь по профилю «онкология» не оказывалась и в нарушение требований приказа Минздрава РФ заключенного почему-то не направили в профильное медучреждение. В связи с этим, указывается в документе, администрации колонии было выдано предписание об устранении нарушений. Однако, отмечает юрист, на положении ее доверителя это никак не отразилось.

В данном случае, уверяет Диана, получается замкнутый круг, потому что нарушения, из-за которых хотят поменять режим ее доверителю, якобы и вменяют как раз из-за того, что он постоянно пишет жалобы в различные инстанции о неоказании ему медпомощи: «То есть часть составленных на него протоколов написаны по этим мотивам. Можно же написать „одну пуговицу не застегнул“ и составить рапорт. Заключенным даже напрямую говорят: „Если ты не заберешь свое заявление, то ты поедешь в Россию на „крытую“ (ЕКПТ — помещение для строгой изоляции нарушителей) сидеть“».

О подобных мерах к недовольным условиями в колонии «Новому Калининграду» рассказал и бывший член регионального общественной наблюдательной комиссии, пожелавший сохранить анонимность. «Человека, который постоянно жалуется, признать злостным нарушителем не сложно. Все эти рапорты легко составляются: не так поздоровался, бирка не так висит и так далее. В общем, будешь жаловаться — будешь сидеть, да еще и где-нибудь подальше в России», — пояснил экс-правозащитник.

Ранее «Новому Калининграду» о признании «злостным нарушителем», как о способе воздействия на заключенных говорила теперь уже тоже бывший член ОНК Елена Фингина. По ее словам, рапорты о нарушениях внутреннего распорядка из-за «не застегнутой пуговицы» служат поводом для водворения заключенных в ШИЗО (штрафной изолятор) — «каменный гроб, где можно только ходить, стоять, кушать, пить и какать».

В 2017 году, утверждала Финагина, администрация колонии запретила членам ОНК принимать от осужденных жалобы в письменном виде. Тогда двое заключенных ИК-9 зашили себе рты и объявили голодовку. В УФСИН же заявили, что осужденные хотели дестабилизировать обстановку в исправительном учреждении.

Несмотря на то, что угрозы покончить жизнь самоубийством, членовредительство и голодовки в качестве акций для привлечения внимания в исправительных колониях не редкость, сотрудники УФСИН все равно должны официально фиксировать каждый подобный инцидент. Правда, реагируют на происходящее надзиратели порой довольно равнодушно, называя такие действия осужденных «шантажом» и «провокацией».

Вот и в случае с голодовкой Покровского и Хлебова, как отмечают их доверенные лица, никакой реакции со стороны администрации колонии или надзорных ведомств не последовало. Впрочем, Хлебов несколько лет назад уже отказывался от приема пищи на две недели, по словам его девушки, из-за «конфликта с администрацией колонии», и тогда какого-то консенсуса сторонам удалось достичь.

Председатель областного ОНК Светлана Кондратьева рассказала «Новому Калининграду», что к ней поступали сообщения о голодовке заключенных ИК-9: «Мы знали, что там у них не полная голодовка — они пили чай с сахаром. Еду не принимали, но медперсонал их осматривал, то есть это все было под наблюдением врачей». Она уточнила, что осужденные должны были написать заявление о том, что объявляют голодовку, а раз они этого не сделали, то официально акции как бы и нет, поэтому им продолжали приносить еду.

Как отмечает Кондратьева, отправка заключенных ИК-9 на обследование в областные медучреждения откладывалась из-за антиковидных мероприятий. Серьезных проблем с медициной, по словам правозащитницы, в колонии не наблюдается. «Врачи есть — даже стоматолог есть свой — и у них организована бригада специалистов, которые выезжают по учреждениям — офтальмолог, инфекционист. Сейчас еще может быть кто-то в отпуске был, кто-то заболел. Но в целом в „девятке“ нормальная ситуация с врачами», — уточняет Кондратьева.

Виталий Невар / Новый Калининград

В тот же вечер, когда «Новый Калининград» написал официальный запрос в УФСИН, Хлебова и Покровского положили в больницу на территории ИК-8. В стационаре заключенные начали принимать пищу, сообщила Кондратьева.

В самом ведомстве ответили, что все осужденные, включая Хлебова и Покровского, принимают пищу «согласно распорядку дня». В письме указывается, что сотрудники медчастей при пенитенциарных учреждениях оказывают заключенным медпомощь «надлежащим образом». При отсутствии узких специалистов на территории конкретной колонии «организовываются централизованные выезды медицинских бригад в подразделения», а при необходимости госпитализации заключенного — «плановые и внеплановые выезды» в больницу медико-санитарной части № 39 ФСИН.

«Если пациенты, отбывающие наказание в учреждениях УФСИН, нуждаются в узко-профильном наблюдении врача осуществляется выезд в организации гражданского здравоохранения с соблюдением всех мер надзора», — говорится в ответе УФСИН.

Однако один из бывших член ОНК в Калининградской области настаивает, что в местных исправительных колониях «с медициной все ужасно» и особенно остро стоит проблема кадрового дефицита. «Там со специфическими болезнями помощь не могут оказать. Не хватает медицинских работников. Условия содержания приводятся более или менее в порядок, а вот именно из-за недоступности медпомощи люди продолжают страдать. На зоне множество хронических болезней приобретается», — заявил собеседник «Нового Калининграда». По его словам, всех правозащитников, кто обращал внимание надзорных органов на подобные жалобы лоялен нынешний состав к УФСИН. Такое же мнение о проблемах с медобслуживанием в пенитенциарных учреждениях региона в интервью «Новому Калининграду» озвучивали и двое других теперь уже бывших членов ОНК — Александр Вавилов и Александр Халтурин. Последний также отмечал, что по всей России идет «процесс системного разрушения института общественного контроля в местах принудительного содержания», поэтому в региональную ОНК все чаще попадают «случайные люди».

С таким мнением в корне не согласен Уполномоченный по правам человека в Калининградской области Владимир Никитин. Во-первых, он полагает, что в ИК-9 с медициной «нормально обстоят дела». «Все [заключенные] обеспечиваются лекарствами полностью. Если это ВИЧ-больные, то они получают ретровирусную терапию в полном объеме. Все на регулярной основе осмотры врачей проводятся. В ШИЗО, в ПКТ осужденные ежедневно осматриваются врачом. Даже стоматологическая помощь оказывается», — рассказал «Новому Калининграду» Никитин.

При этом жалобы в аппарат уполномоченного по правам человека «время от времени» поступают из всех пенитенциарных учреждений в регионе, в том числе и на медицинское обслуживание. В некоторых случаях, по словам Никитина, изложенные в обращениях факты подтверждаются, однако нередко оказывается, что заключенные намеренно преувеличивают проблему: «Я не говорю про этот конкретный случай, но иногда голодовки, или какие-то другие способы заявить „требования к администрации“, используются осужденными для получения каких-то благ, для снижения требований к себе, преференций дополнительных. Говорят: „Мы объявляем голодовку. В строй вставать не будем, общественно-полезные работы выполнять не будем и так далее“. Как мне одна мама [осужденного] пришла и говорит: „Пусть отстанут от моего сына. Почему его все время наказывают за то, что он в строй не встает, за то, что он кровать не заправляет?“. А ведь требования ко всем одинаковы. Как это отстать? Абсурдные требования», — пояснил Никитин.

Омбудсмен уверяет, что общественников из нынешнего состава ОНК нельзя обвинять в предвзятости по отношению к заявлениям заключенных: «Это мне можно сказать, что я государственный служащий, и некоторые считают, что раз я зарплату у государства получаю, то я могу недобросовестно свои обязанности исполнять. Но там-то люди, которые на общественных началах [работают] — которым вообще никто деньги не платит. Они ходят по колониям, получают жалобы и точно так же иногда делают вывод, что жалоба не подтвердилась», — отметил Никитин.

Заключенные ИК-9 Покровский и Хлебов отказывались от пищи, так как не желали выполнять требования администрации учреждения, сообщил «Новому Калининграду» и.о. прокурора по надзору за соблюдением законов в исправительном учреждении Алексей Кондратьев. Заявления заключенных о том, что им отказывают в медпомощи он назвал «глупостями» и пояснил, что тем просто выгодно отбывать срок не в камере, а на больничной койке. Кондратьев добавил, что постоянно бывает с проверками в ИК-9 и выявляет проблемные места, в том числе — нехватку медицинских кадров: «Недостатки имеются, но люди работают и выполняют свои обязанности».

Член общественного совета при УФСИН и бывший член ОНК Александр Вавилов уверяет, колонии в Калининградской области, по словам самих же заключенных, — это «реабилитационные центры» в сравнении с исправительными учреждениями в других субъектах РФ. Однако общественник не отрицает наличие больших сложностей в том, что касается медицинской помощи в местных колониях. И главная проблема, по его словам, — нехватка медиков, согласных работать в пенитенциарной системе.

Один из действующих членов ОНК на условиях анонимности рассказал «Новому Калининграду», что в недостатке медицинских кадров в колониях виноваты во многом и сами осужденные: «Иногда заключенные не ценят того, что у них есть, и сами доводят медиков до увольнения. Например, начинают угрожать, что, мол, если вы не дадите мне постельный режим, то... Такое у нас было — в одном из учреждений мужчина уволился. Есть, конечно, и случаи, когда люди на самом деле болеют. Но нередко заключенные симулируют — просто поддерживают „режим противления“».

Текст: Екатерина Медведева

Источник

Следующая новость
Предыдущая новость

В Калининградской области зарегистрировано 47 новых случаев COVID-19 Не отрывая синти-поп: на «Вагонке» прошёл первый в истории сидячий концерт (фото) Власти Советска предлагают переделать трамвай-музей в кофейню В районе поселка Павлово нашли еще 11 боеприпасов времен войны Полиция Варшавы увеличила штат из-за роста числа угонов автомобилей

Лента публикаций