В Рособрнадзоре рассказали, к чему готовиться выпускникам

Отменят ли обязательные предметы на ЕГЭ-2021? Чем новая дистанционка в школах отличается от старой? И кто сможет получить лицензию на онлайн-образование? Руководитель Федеральной службы по надзору в сфере образования и науки Анзор Музаев в эксклюзивном интервью «Российской газете» рассказал, к чему готовиться выпускникам в непростое коронавирусное время.

Анзор Ахмедович, в некоторых регионах уже месяц продолжается «Удаленка 2.0». Ждать ли школам массового карантина?

Анзор Музаев: Я не хочу сейчас быть отрицательным героем и давать пессимистичные прогнозы. Все мы смотрим новости. Уже складывается понимание, что нужно быть готовыми к любому сценарию. Но о том, как развивается ситуация, вам лучше скажут минздрав и Роспотребнадзор.

Чем новая дистанционка отличается от старой?

Анзор Музаев: Еще весной мы открыли специально «горячую линию»: хотели понять, в каких школах или в отдельных классах есть серьезные проблемы с дистанционным обучением. И мы не строили иллюзий: в первые дни тотального онлайна было тяжело всем. Ни в одной стране к нему не были готовы. Даже технологически развитый Сингапур - и тот не смог организовать стопроцентный качественный онлайн для всех школьников. А в России дети учатся и в малых городах, и в селах, и в отдаленных деревнях, в малокомплектных школах. 11 часовых поясов, более 10 тысяч километров с запада на восток... И когда заработала наша «горячая линия», мы ожидали гораздо худшего. Но в итоге огромного объема жалоб не получили. Образовательный процесс удалось сохранить. Где-то использовали видео-конференц-связь. Где-то - те гаджеты и технологии, которые на тот момент были доступны.

Сегодня в Москве, в других регионах многие снова вынужденно оказались в ситуации дистанционного обучения. Но по сравнению с весной 2020 года число звонков значительно уменьшилось. За полгода регионы успели подготовиться?

Анзор Музаев: Министерство просвещения готовит к внедрению Цифровую образовательную среду в школах. И все уже понимают: без качественной «цифры» мы не сможем преодолевать подобные кризисы. Преодолевать их безболезненно для детей, педагогов и родителей.

Надеюсь, что даже если ситуация с пандемией будет ухудшаться, все субъекты ответственно отнесутся к возможному повторению ситуации. Уже не будет такого ажиотажа и серьезного волнения.

Рособрнадзор помогает выпускникам подготовиться к ЕГЭ в этих непростых условиях?

Анзор Музаев: Мы понимаем, что многие выпускники 2021 года — это ребята, которые и в прошлом учебном году, и в этом, часть программы прошли в дистанционном формате. Сейчас мы готовим навигатор для учеников 9-х и 11-х классов. Цель - максимально им помочь, сконцентрировать в одном ресурсе полезную информацию: видеоконсультации, демоверсии и другие материалы по подготовке. Будет много дополнительных и полезных фишек, чтобы выпускники не тратили время в поиске правильных «тренажеров». Мы эту работу сделаем за них.

Это будет навигатор для всех, кто пишет итоговое сочинение, кто будет сдавать ЕГЭ по разным предметам, кто пойдет на ОГЭ. Мы планируем завершить работу к 1 декабря. Что важно? Абсолютно весь материал в навигаторе будет бесплатным. Ссылка будет доступна на сайте Рособрнадзора.

Будут ли изменения, связанные с коронавирусом, на ЕГЭ-2021? Ждать ли нам отмены обязательных экзаменов, как это было в 2020 году?

Анзор Музаев: Говорить о том, что будет весной, еще рано. Хочу всех успокоить: надо учиться, продолжать готовиться. И если вдруг эпидемиологическая ситуация в мае будет критической, соответствующее решение в пользу выпускников правительство сможет принять очень оперативно. Опыт есть.

Почему сейчас нельзя сказать, что мы что-то отменим или изменим? Во-первых, никто не знает, что будет весной. Во-вторых, если принять это решение сейчас, то многие ребята перестанут учиться. Этим летом у нас примерно 10% из зарегистрированных на ЕГЭ так и не пришли на экзамены. Это связано в первую очередь с решением о выдаче аттестатов без экзаменов. Но это была единоразовая антикризисная мера. Сейчас мы вернулись в ту законодательную логику и в те традиционные порядки, которые существовали раньше. Пока никаких заявлений и постановлений по этому поводу не готовится.

Термометрия, рассадка выпускников зигзагом, маски для учителей на ЕГЭ с нами надолго?

Анзор Музаев: Это будет решать Роспотребнадзор и минздрав. Если ситуация летом окажется кардинально другой, если сформируется популяционный иммунитет или большинство граждан будет вакцинировано, если количество заражений будет единичным... То, возможно, и не будет смысла в применении всех этих мер. Но если ситуация останется на уровне лета-2020, то все меры сохранятся. Тем более что они действительно оказались очень эффективными, мы их хорошо отработали.

Если посчитать число физических выходов детей на экзамен, то в среднем за всю кампанию ЕГЭ у нас получилось более 2 миллионов «человекоэкзаменов». И каждый раз ребята по три с половиной часа находились в одной аудитории. У нас были очень большие опасения. Но в итоге по причине болезни всего 400 выпускников пропустили ЕГЭ в основные дни. И большинство из них все равно успели все сдать в резервные дни и все-таки смогли подать документы в вузы. Противоэпидемические меры безопасности сыграли в этом плане ключевую роль.

В этом году за выпускниками на ЕГЭ следил искусственный интеллект. Много ли нарушителей он поймал?

Анзор Музаев: Нейросеть и наблюдатели отслеживали «картинку» с сотни тысяч камер - из всех школ, где было видеонаблюдение. Определяли нестандартное поведение выпускников, вычисляли посторонние предметы. Например, мобильные устройства или шпаргалки. Наша нейросеть еще достаточно молодая, она постоянно учится. Но и сейчас с задачей справляется очень хорошо: при малейшем подозрении автоматически ставит специальную метку на видео –«подозрение на нарушение». По ее «наводке» трансляцию с камеры начинает отсматривать уже оператор - человек. Он может передать информацию в пункт проведения экзамена. И уже там, на месте, учителя, члены комиссии могут принять решение удалить ли нарушителя с ЕГЭ. За использование мобильных телефонов, шпаргалок, микронаушников, справочных материалов в основные дни ЕГЭ-2020 удалили 850 человек.

Мы работаем над тем, чтобы ни у кого не осталось сомнений: списать не получится. А еще с помощью нейросети сверяем почерка. Сначала машина автоматически ставит метки на подозрительные работы, а потом уже почерковедческую экспертизу проводит специалист-человек. В этом году мы выявили работы трех ребят, у которых почерк на ЕГЭ и на итоговом сочинении не совпадал. То есть сочинение за них написал кто-то другой. Их результаты мы аннулировали. Сейчас ведется расследование и принятие решения по наказанию, в том числе и взрослых, которые в этом участвовали и оказали выпускнику медвежью услугу.

Главное изменение в ЕГЭ-2021: экзамен по информатике пройдет на компьютерах. Хватит ли всем техники?

Анзор Музаев: Для регионов эта «новинка» не стала неожиданностью. О переводе ЕГЭ по информатике на компьютеры мы заявили еще три года назад. И уже тогда информировали все субъекты, что компьютерный парк надо увеличивать, обновлять. Сейчас уже 90% регионов готовы. Оставшаяся часть до конца 2020 года закупит нужное оборудование. И есть совсем единичные случаи в регионах, где в школы необходимое оборудование приобретут в феврале - марте этого года. Так как мы планируем проводить этот экзамен в два дня, то нам не нужно для каждого участника отдельное посадочное место. Компьютеров нужно будет в два раза меньше, чем будет на экзамене детей.

Всероссийская олимпиада школьников. Правда ли, что за ее финальные этапы будет отвечать Рособрнадзор?

Анзор Музаев: Не только за финал. Мы будем отвечать абсолютно за все этапы олимпиады. Но полностью придем к этому только к 2023 году. Сейчас идет поэтапная передача этой процедуры в наше ведение. Необходимо подготовить нормативно-правовую базу. Там очень много технических и организационных моментов.

«Застарелая болезнь» и главная проблема всероссийской олимпиады - утечки на ее региональных этапах. В прошлые годы это происходило не раз и не два. Представляете, в какие-то годы по некоторым предметам на всю страну был один вариант заданий! То есть школьники Камчатки давно закончили участие в олимпиаде, уже вовсю обсуждают задачки в соцсетях, а московский часовой пояс еще даже не приступал к ним. А потом победители поступают в вузы без экзаменов на бюджетные места.

В этом году нам уже дали больше полномочий. Используя опыт ЕГЭ, мы постараемся сделать все, чтобы подобного не повторилось. Мы будем привлекать общественных наблюдателей, рекомендовать, чтобы регионы проводили свои этапы «всероса» в пунктах проведения ЕГЭ, чтобы использовались камеры видеонаблюдения.

С 2021 года станет возможно получение лицензии на онлайн-образование. Качество программ не упадет?

Анзор Музаев: Рособрнадзор не должен быть структурой, которая своим контролем ограничивает развитие системы образования. Мы были однозначно «за» введение этой нормы. С одной стороны, онлайн-образование действительно может быть качественным: это новая реальность, в которой мы все уже живем.

С другой, мы все хорошо запомнили 90-е годы, когда открылись тысячи частных вузов и филиалов. Дипломы этих учреждений можно было приобрести чуть ли не на базаре. И нашей структуре пришлось провести очень тяжелую работу по выявлению контор «по выдаче дипломов», лишения их аккредитации и лицензий. В итоге вузовская сеть сократилась почти в два с половиной раза, с 2700 до 1000 учреждений высшего образования.

Сегодня, открывая новые возможности для онлайн-образования, мы понимаем: если государство выдает лицензию, то мы отвечаем за качество образования. И не важно, в оффлайне оно или в онлайне. Мы не повторим ошибок прошлого, и качество от введения новой нормы не пострадает.

Обсуждается возможность выдавать аккредитацию образовательных программ вместе с лицензией. Упростить и объединить эти механизмы, чтобы и вузы, и школы не собирали килограммы дублирующих бумаг. У Рособрнадзора уже есть позиция?

Анзор Музаев: Есть. Мы разработали кардинально новый подход к лицензированию и аккредитации, но все нюансы я сейчас раскрывать не буду. Приведу один пример. Допустим, есть школа в небольшом селе, и на 300 километров вокруг нее другой школы просто нет. Результаты ЕГЭ, ВПР показали, что качество образования в ней низкое, дети не могут сдать экзамены и получить аттестат, есть нарушения, директор работает спустя рукава.

Что мы можем сделать? Можем отозвать у нее аккредитацию — это сигнал местным властям. Без аккредитации школа не сможет выдать выпускникам аттестат, но уроки будут продолжаться. Подключаются институты повышения квалификации, а региональные органы управления образованием сделают все, чтобы оперативно устранить нарушения, чтобы школа смогла аккредитацию получить.

Если же объединить действительно близкие друг к другу лицензию и аккредитацию, то нам придется у такой проблемной школы одновременно отзывать и то, и другое. А без лицензии образовательный процесс останавливается. Школа закрывается, дети остаются дома. А рядом другой школы нет! Поэтому нужно быть очень осторожными. Если мы примем решение объединить эти процедуры, нас тут же начнут критиковать.

Наше мнение: мы должны прийти к совершенно другой модели работы. Если у нас лицензия носит характер бессрочный, то и аккредитация тоже может иметь бессрочный характер. А мониторить качество получаемого образования в школьном, высшем и среднем профессиональном образовании мы будем совместно с министерством высшего образования и науки и министерством просвещения.

Рособрнадзор и минпросвещения определили около 9 тысяч школ в России, которые показывают низкие образовательные результаты. По каким критериям их отнесли в эту группу? Планируете ли им помогать?

Анзор Музаев: У нас за эти годы сформировалось очень много мониторингов: Всероссийские проверочные работы, Национальные исследования качества образования, недавно добавилось исследование качества образования по модели PISA. Они очень эффективно показывают уровень каждой конкретной школы. Позволяют нам без выезда, без вороха бумаг точно определять, есть у этого учебного заведения проблемы или нет.

И Всероссийское проверочные работы в первую очередь нужны как раз для того, чтобы определять школы, имеющие серьезный дефицит. Мы определили около девяти тысяч таких школ. Сделали разбивку по регионам и отправили информацию в субъекты.

На первом этапе попросили регионы усилить работу с этими школами. Это не значит, что кого-то надо наказать. Нет, нужно оказать серьезную методическую поддержку, переобучить учителей, познакомить их с новыми методиками. Если учителей не хватает, то на уровне главы муниципалитета, региона организовать качественное обучение в этих школах. Кроме того, мы ведем свой собственный эксперимент. Наш Федеральный институт оценки качества образования в этом году сопровождает 242 школы из разных регионов. Если методика, которую мы сейчас апробируем, в итоге даст положительный эффект, тогда мы будем предлагать ее всем субъектам РФ, чтобы они во всех «проблемных» школах применяли наши подходы.

Источник

Следующая новость
Предыдущая новость

В Санкт-Петербурге у квартиры судьи найден убитым 14-летний подросток Задержан мужчина, захвативший отделение банка в Москве Калининградец отсудил более 800 тыс. руб. за упавший на авто редуктор Посольство США сообщило об отказе Украины закупать российскую вакцину от COVID Первого мая в Калининграде перекроют часть улиц и изменятся маршруты автобусов (список)

Лента публикаций