Бульдозеры за углом: как градосовет обсуждал проект застройки у Дома Советов

25.06.2021 0:09 2

Бульдозеры за углом: как градосовет обсуждал проект застройки у Дома Советов

На прошедшем в среду, 23 июня, областном градостроительном совете глава петербургской «Студии 44», архитектор Никита Явейн, вновь представил концепцию застройки территории под Домом Советов и вокруг него, разработанную по заказу правительства Калининградской области. На этот раз — для обсуждения профессиональным сообществом. Саму концепцию архитекторы приняли благосклонно, а вот к заказчикам у них остались вопросы, на которые так никто и не ответил. «Недвижимость Нового Калининграда» рассказывает, как прошло обсуждение и почему региональные архитекторы считают, что не стоит торопиться с реализацией проекта.

«Нам правительство Калининградской области вместе с „Мегаполисом“ предложили разработать архитектурно-градостроительную концепцию общественного центра и вообще застройки на Королевской горе в Калининграде, — начал Никита Явейн. — При этом как мы себе видели задачу и как город ее ставил — это должно было быть уникальное некое явление создано, которое не просто само по себе из пальца высосано и как-то так бросается в глаза. Его уникальность должна была вытекать из истории того места, в котором это всё происходит, и значения этого места для всей градостроительной ситуации в Калининграде. <...> Сразу скажу, что один из заказчиков — „Мегаполис“ — он представил нам некие варианты, которые ему казались правильными; мы не смогли их продолжать, это такие высотные решения в духе Сингапура. Может, многие из вас знают — такие искривляющиеся, высотные, курортные немного объёмы. Нам показалось, что они не вытекают из этого решения».

Как в итоге предложили застроить Королевскую гору петербургские архитекторы, «Новый Калининград» уже рассказывал. Презентуя проект в этот раз, глава «Студии 44» почти не добавил ничего нового. Разве что разъяснил, что существовало несколько вариантов концепции, и от некоторых функциональных решений авторы и заказчики отказались уже в процессе разработки. Например, из музеев остался только один — посвящённый истории России, зато он вырос с двух тысяч квадратных метров до четырёх. Также в новом городском общественном центре было решено отказаться от театров — власти региона посчитали, что вполне достаточно нового культурного центра на острове Октябрьском, где должны быть и театр, и музеи, и прочее. Впрочем, окончательно тему со зрелищной функцией разработчики не закрыли, оставив возможность размещения небольших студий и галерей в «помещениях многофункционального назначения» в проектируемом квартале.

Никита Явейн. Фото: Виталий Невар / Новый Калининград

Регламент градостроительного совета подразумевает сначала вопросы, потом — обсуждение. С вопросами поначалу оказалось туго. «Вопросов нет, дорабатывать нечего», — обрадовался было главный архитектор региона Евгений Костромин. Но вопросы всё-таки были. Правда, не столько к концепции, сколько к её заказчикам — правительству области и инвестору, которого, как утверждают власти, пока нет, но в этом качестве часто упоминается ГК «Мегаполис» экс-вице-премьера Евгения Морозова. Председатель калининградского отделения Союза архитекторов Пётр Черненко заметил, что основные вопросы касаются инфраструктуры территории, в том числе транспортной схемы, которую власти собираются разрабатывать отдельно.

«Нет ли необходимости отложить доработку по этому проекту, пока не будет выполнена та часть — инфраструктурная, транспортная и планировочная?», — поинтересовался архитектор.

«Нет, — отрезал Костромин. — У нас ещё впереди процесс, который может идти параллельно. Это и археология, и демонтаж. А история принятия концепции напрямую связана с инвестиционным соглашением, по которому начнутся какие-то работы. Но реализация самого объекта, естественно, будет уже после того, как мы рассмотрим доработанные по нашим рекомендациям решения».

«Вся штука в том, что мы как раз-таки боимся, что у Морозова там за углом стоит 50 бульдозеров, уже заправленных соляркой. Речь о чём идёт, что проект сам по себе — хороший проект, классный, уровень квалификации мы понимаем. Но мы же говорили — три раза разные люди говорили примерно одни и те же вещи — что мы не видели технического задания. Мы не понимаем, как оно возникло. Нет содержания вообще. Сели там вместе, написали какое-то задание под конкретного инвестора, потому что он платит», — поддержал коллегу архитектор Олег Копылов.

«Нет никакого Морозова, — вклинился советник губернатора Вячеслав Генне. — Напоминаю, у нас идёт трансляция СМИ. Все будут цитировать вас. Нет Морозова, нет инвестора».

«Ну нам же этой информации не дают. Мы вынуждены догадками какими-то оперировать», — заметил Копылов.

Евгений Костромин вновь попытался надавить на то, что раз вопросов нет, то и обсуждать нечего, но в дискуссию вступил депутат областной Думы Павел Фёдоров.

«У меня вопрос такой. Никита Игоревич [Явейн] в самом начале сказал, что априори им было сказано снести Дом Советов, — сказал он. — К проекту у меня нет [вопросов] — очень всё классно, красиво. Вопрос: кто подписал ТЗ, о котором все говорят? Кто давал ТЗ? Чья стоит подпись? Потому что когда снесли замок, взорвали — потом через 15 лет хватились и начали говорить: а кто же дал команду? Так и не нашли, кто принял решение о сносе Дома Советов. Понимаете? Этот вопрос сегодня примерно 40-45% населения города волнует. И не зря люди говорят: „Вы проведите референдум. Мы с этим зданием выросли, вы его до ума доведите!“ Кто подписал техническое задание? Генне? Иванов? Сидоров? Петров?»

Бульдозеры за углом: как градосовет обсуждал проект застройки у Дома СоветовФантазии ведут в тупик: как архитекторы и чиновники поспорили о Доме Советов

«Это вопрос не к концепции, — повысил голос Костромин. — Задавайте вопросы по существу, по концепции. У нас есть концепция! Какие у вас вопросы к концепции?! Мы сейчас уходим в полемику тех вопросов, которые мы здесь не должны обсуждать!»

Фёдоров продолжил настаивать, что вопросов к проекту нет, он красивый, но концепция «изначально делалась неправильно». Ответить решил Вячеслав Генне, заявивший, что только после перехода Дома Советов и участка под ним в собственность правительства «любые проектные решения и какие-либо решения о его судьбе могли бы стать ответственными решениями».

«Все рисунки и все конкурсы и воркшопы последних 25 лет были решениями безответственными в части решения конкретной судьбы здания. Когда его выкупили уже, появилась возможность объективно оценить состояние конструкций. Было сформулировано экспертами заключение о возможности его реконструкции и окончании строительства. Они все описаны, они все чересчур финансово емкие. Один из выводов серьезных: его восстановление может происходить в течение очень длительного периода, потому что восстановление каких-то частей придется делать поэтапно», — сказал советник губернатора, уточнив, что решение о предстоящем демонтаже и реализации нового инвестпроекта не было секретом, а техническое задание на разработку концепции существует, хотя он и не помнит, кто его подписал.

Бульдозеры за углом: как градосовет обсуждал проект застройки у Дома Советов

«Если у нас в администрации не могут вспомнить, кто подписывал ТЗ, у вас-то этот экземпляр есть?, — решил обратиться к Явейну Фёдоров. — Вы мне [скажите] как депутату областной Думы, который проголосовал за выделение денег на покупку Дома Советов у бывших владельцев — между прочим, 400 млн. Да, я проголосовал, чтобы эти деньги выделили из областного бюджета на выкуп. И тогда говорились, два года назад, совершенно другие слова с трибуны в областной Думе. Что проведена оценка состояния здания, что на то, чтобы мы восстановили здание, его надо выкупить, это стоит столько, а получается теперь, что мы выкупили что? Дырку от бублика?! Вот и встают вопросы — кто делал ту экспертизу и кто дал задание на такое ТЗ».

Никита Явейн в ответ заметил, что ему хоть и жаль Дом Советов, он искренне не понимает, под какую функцию здание можно приспособить, даже вложив в него 3-4 млрд рублей. «Наверное, его можно там как-то во что-то превратить. В общем, практически всё можно спасти. Понятно, что он весь будет в каких-то обоймах, понятно, что он весь обрастёт какой-то фигнёй — там наружные панели заменить, ещё что-то, — но что там будет? Отель не получается. Я вижу там молодёжный центр: взять всё выломать — и там тусня какая-то непонятная. Но что это такое, я не знаю», — начал рассуждать он.

«Это не Москва и не Питер. Тусни там [не будет], у нас столько молодёжи нет», — прервал архитектора депутат.

«Ну, тогда я не знаю, под что», — подытожил Явейн.

Закончить спор о судьбе Дома Советов решил глава региональной Службы охраны памятников Евгений Маслов, предложивший вспомнить о формате текущего мероприятия: «У нас не политическое собрание, у нас не воркшоп, не мозговой штурм — у нас градостроительный совет».

«По самой концепции ни одного вопроса нет. Ни одного предложения, как исправить, тоже нет. Ну высказывались много, всех там обвинили, двойки всем поставили, как вы это любите, коллегам своим. Так вот, к концепции вопросы есть? Нет. Начинается политических вопросов обсуждение. Ну это в других форматах! Мы рассматриваем архитектурную концепцию сейчас. С точки зрения историко-культурной обоснованности, с точки зрения сохранения, требований ЮНЕСКО к духу места и прочего у нас не было ни одной такой концепции! Что-то все про это молчат», — высказался он.

«Эта концепция ближе всего к результатам единственного воркшопа, который был в 2007 году. Не конкурса, воркшопа международного!», — обрадованно добавил Костромин. И так как вопросы действительно закончились, архитекторы перешли к высказыванию мнений.

Олег Копылов, на презентации 8 июня сравнивший архитектурное решение Явейна с сундуками, в этот раз был настроен более миролюбиво. Он похвалил проект и вновь вернулся к тому, что калининградские архитекторы считают самой большой проблемой в этой истории — к непрозрачному формированию технического задания.

«Кто-нибудь против того, чтобы мы продолжали соблюдать демократические процедуры, что ли вообще? Вы мне скажите. Эта концепция в виде техзадания должна была быть опубликована на предмет обсуждения жителями города или хотя бы профессиональной общественностью. Этого сделано не было. Поэтому мы получили очень хороший проект, но не для этого места. Если бы вы спросили жителей города, что они бы там хотели увидеть, мы получили бы определённый набор, и тогда бы архитекторы выдали нам, наверное, какой-то немного другой проект. Этого сделано не было, и отсюда пошло всё наперекосяк. Вот и всё. Если вы считаете, что можно делать такие вещи где-то закулисно — два-три человека собрались, сделали какое-то задание и потом отдали архитектору, — это ваше право. Думайте, как считаете нужным», — высказался архитектор.

Что касается самого проекта, то Копылов вновь озвучил мнение, что там не хватает зрелищной функции в качестве магнита для жителей города и туристов. По мнению архитектора, «музейная функция — это мёртвая функция, а МФЦ — «это не то место, где люди получают удовольствие».

«Это муки, это ужас. Люди туда идут по делам, сидят там в очереди. Это не то место, куда люди бегут с радостью отдыхать. Да, оно нужно, но это суровая необходимость», — сказал он, пояснив, что новому кварталу нужны студии разного формата — танцевальные, художественные, театральные, нужны два концертных зала — на 300 и на 1000 мест, а ещё художественные галереи и творческие училища.

Бульдозеры за углом: как градосовет обсуждал проект застройки у Дома Советов

Также Копылов отметил, что внешний вид зданий не отвечает общественно-культурному центру, а больше напоминает жильё: «Мрачный, тёмный кирпич, эти вынесенные фасады по периметру в виде каких-то стен неприступных. Нет какого-то приглашения. Может, что-то делать с фасадами, может, что-то с материалами, может, одно здание убрать или передвинуть, затащить какой-то воронкой туда людей, чтобы народ ощущал, что это сделали для него. Потом у меня есть сомнения, что внешний облик комплекса тянет на символ города, который был сначала в замке, потом — в Доме Советов. Символизм какой-то тоже должен быть», — сказал он.

Явейн согласился, что с внешним обликом зданий ещё можно поработать — сделать фасады светлее, ярче или, возможно, разнообразнее, а вот концертный зал на тысячу мест всё равно посчитал «перебором».

«Но главная претензия не к вам, — вернулся к основной проблеме Копылов. — Главная претензия — что нужно хорошее техническое задание, одобренное. Я сам не люблю, когда проектирую, народное вече. Но сейчас мы живем в такой ситуации, что эту демократическую процедуру нельзя перепрыгнуть. С жителями города не надо так. Их просто это обижает, что им выставляют готовый проект, не посоветовавшись с ними, где они не увидели ни Дома Советов, ни того, ни этого. Вот по Дому Советов я не задыхаюсь, я просто холодным разумом понимаю, что это все-таки памятник истории, и с ним как-то надо поосторожнее».

«У меня тут сообщение пришло несколько минут назад любопытное, — неожиданно подал голос Евгений Маслов. — Подано заявление с необходимыми приложениями, обоснованиями по признанию Дома советов выявленным объектом культурного наследия».

Архитектор Олег Васютин одобрил переезд чиновников на Королевскую гору, но отметил, что здание администрации в проекте сливается с окружающей застройкой.

«Главный объект. Администрация. Он не должен быть по архитектуре похож на рядом стоящие гостиницы. Потому что это знаковый объект, ратуша. Обратите внимание на ключевой объект в этом комплексе — я считаю, он очень важен, он должен быть», — сказал архитектор.

«Может быть и так. Есть другие мнения. Есть мнение о том, что время другое, и администрация должна быть ближе к своему окружению, в том числе и по своему внешнему виду. Может быть и так, может быть по-разному», — мягко не согласился с ним Пётр Черненко. И вернулся к необходимости градостроительного обоснования застройки.

«Когда все будут согласны, что да, действительно, мы размещаем эти функции, надо будет это всё закрепить на градостроительном уровне. Или, может быть, начать с градостроительного уровня и определять эти функции уже на основе какого-то анализа», — высказался архитектор.

Депутат Павел Фёдоров вспомнил градостроительный совет 17-летней давности, когда, по его словам, утверждали концепцию застройки «Рыбной деревни» (он был инвестором проекта).

«Там всё предусматривалось, в том числе было здание, где был предусмотрен зал на 800 мест. Это всё в той концепции было. Но дорога в ад выстлана благими намерениями. Первую очередь сделали, инфраструктуру сделали, и пошла катавасия. Теперь что мы там имеем? Застройку жилья! Муравейник! — сказал депутат. — Проект классный, но я не знаю, кто инвестор. Это очень денежный проект. Чтобы это всё реализовать, нужны сумасшедшие деньги. И я боюсь, чтобы не получилось так, что мы Дом Советов снесём, какую-то башню, может быть, ещё построим под правительство, а всё остальное уйдёт в жильё. Эта тема очень сложная и в социальном, и в политическом плане. Я поэтому прошу всё это делать открыто и спрашивать мнение жителей Калининграда. Это социально-опасная ситуация в данный момент».

Бульдозеры за углом: как градосовет обсуждал проект застройки у Дома Советов

Вячеслав Генне заявил, что техническое задание готовилось по консолидированной концепции, подготовленной по итогам работы «Сердца города», прошедшим конкурсам и воркшопу 2007 года. Всё это, уверен советник губернатора, отражено в нынешнем проекте «Студии 44».

«Судьба Дома Советов. Я — фанат Дома Советов. Прекрасное здание, хорошее формообразование, чистый... не шедевр, скажем так. На его месте мог бы быть любой конструктивистский сюжет. И санаторий „Дружба“ в Ялте, и министерство транспорта в Тбилиси. Некое формообразование конструктивистское могло бы быть вполне в этом месте, мы бы и его ценили и полюбили за 50 лет, — продолжил он. — Но нам, наверное, [в случае решения о восстановлении здания] придётся в том числе объяснять и обосновывать эту целесообразность — почему мы тратим деньги на это „протезирование“, потом получая довольно нефункциональное здание, неэффективное внутри. За это тоже могут спросить и посчитать в том числе. Это тоже поддаётся расчётам».

Что касается функций, то, по словам Генне, за 10 лет их список для Королевской горы существенно изменился. Во многом из-за строительства культурного центра на Октябрьском острове, из-за чего нужда в новых театрах и залах в историческом центре отпала сама собой. К тому же культурное и общественное наполнение требует дотаций, а этот проект — инвестиционный, поэтому при разработке его функционального наполнения заказчики ориентировались на «маркетинговые исследования» (их, как и техническое задание, тоже никто не видел). Ну а танцевальный зал, если что, можно и в нынешнем здании правительства на ул. Дмитрия Донского открыть.

«Я не кривлю душой, не лукавлю. Нет инвестора. Нет конкретного контракта, договора, метров квадратных. Есть некая подготовительная работа, в которой мы все находимся, — добавил архитектор. — Я призываю всё-таки не лезть, не тянуться, не хвататься за фундаменты, за эти 1300 свай, которые туда задавили; они там 50 лет уже стоят, и мы про эти сваи, всё про сваи! Я призываю, кто меня там слышит — СМИ, цитируйте — к развитию перейти. Сделать шаг в развитии. Мы тяжело реагируем на любое развитие. Нас что-то держит, и, может, с этой точки зрения перейти, что это все-таки новый этап, новая часть развития».

«Вопрос не в том, что есть театр на острове, есть театр на побережье, — не пожелал отпускать ситуацию Олег Копылов. — Вопрос в том, что это территория общественная — она не может быть захвачена инвесторами, и жителям города ничего при этом не предложить. Если на какие-то объекты не хватает средств, они дотационные — значит, Банк России есть, есть другие структуры Путина нефтяные всякие; найдутся деньги на это, можно найти в Москве. Я считаю, что жителей города надо спросить, что они там хотят вообще видеть, а не навязывать им инвестиционную какую-то программу».

«Увы, мы все из социализма. Даже молодые, — ответил на это Никита Явейн. — Когда мы начинаем так определять функции и думать, что мы опросом определим, что там будет, мы пытаемся [совершить] локальное возвращение к социализму. Он, может, и хороший. Но так никогда не будет. И даже если мы определим такую или другую функцию, лет через пять всё равно найдут способ продать и заменить функцию. <...> Не получается у нас, кроме огосударствления, оставлять функции. А если государство, то это умирает функция. Вот и всё. Надо тогда строй менять».

Бульдозеры за углом: как градосовет обсуждал проект застройки у Дома Советов

Вячеслав Генне. Фото: Виталий Невар / Новый Калининград

«Единственное, что я у всех единогласно услышал — что всем нравится проект! У всех есть претензии, есть доработки, но всем он нравится!», — попытался закрыть затянувшееся обсуждение (к тому моменту градосовет шёл уже около 5 часов) Евгений Костромин.

«Не надо, Евгений Валерьевич, — прервал его Копылов. — Вы запишете запрос о публикации технического задания и об обсуждении технического задания?»

Бульдозеры за углом: как градосовет обсуждал проект застройки у Дома СоветовСундуки Алиханова: что не так с планами по застройке исторического центра Калининграда

«Если не будет консенсуса по техническому заданию, никогда жители города не договорятся с проектировщиками», — отметил Копылов.

«У нас жители города не могут определиться, что им во дворе нужно, когда ремонт делают по федеральной программе „Комфортная городская среда“, а вы хотите, чтобы они определили судьбу центральной части города», — начал злиться Костромин.

А затем почему-то перевёл разговор на апартаменты и МФЦ, предложив внести в рекомендации отказ от них. «Но речь не об этом», — огорчился Копылов.

«Мы точно сейчас не выработаем все рекомендации, — сделал вывод Вячеслав Генне. И предложил провести ещё один круглый стол для подробного обсуждения концепции. — Нужно, ТЗ кто подписал? Я понял, покажем ТЗ. Я знаю, что оно подписано, оно есть, но я его точно не подписывал».

«Предложение принимается, только я хочу двух представителей правительства — главного архитектора и советника — предупредить от ошибочного шага, — вновь вступил Павел Фёдоров. — Если появится хоть один бульдозер около Дома Советов, мы получим там стихийные митинги. Поэтому с этим вопросом давайте не будем шутить. Должно быть официально принятое решение, а не так, что вот завтра кто-то подгонит бульдозеры, а послезавтра мы получим там митинги. А вы знаете, чем у нас митинги заканчиваются. Градостроительный совет должен тоже эти вещи учитывать. Я вам говорю как представитель Думы».

«Какое у нас резюме к этой части обсуждения?», — поинтересовался Костромин.

«Расходимся», — ответил кто-то.

«Расходимся. В протоколе так и запишем: все вышли. Я что услышал — всем понравилось, классный проект, надо туда вставить театр, надо учесть градостроительную историю, надо историческую тоже горизонталь посмотреть... и кто подписал ТЗ. Всё, это мы всё добавим в рекомендациях и рассмотрим уже на следующем этапе реализации, там архитектурные решения уже будем рассматривать», — подвёл итог главный архитектор.

Источник

Следующая новость
Предыдущая новость

Очевидцы: на Балтийском шоссе легковушка съехала в кювет и врезалась в дерево (видео) Облвласти обещают пересчитать льготникам плату за вывоз мусора за весь 2019 год Областные власти обещают «максимально городское благоустройство» вокруг Дома Советов В Знаменске столкнулись «Ниссан» и «Фольксваген», пострадала пенсионерка (фото) В Черняховске из-за инфицированных COVID учителей школу отправили на дистанционку

Лента публикаций